Вход или регистрация

На пути в Рай. Часть 3

Соглашение: Принято

4.
…Телефонный звонок вырвал меня из цепких объятий сна. Я некоторое время лежал, приходя в себя, а телефон все звонил и звонил. Я пошарил рукой по прикроватной тумбочке и наконец нажал зеленую кнопку.
— Алло, кто это?
— Здравствуйте! Вам звонят из городской больницы скорой помощи. Час назад к нам доставили вашу жену, она в очень тяжелом состоянии. Вы сможете сейчас приехать?
— Мою жену? – Я не сразу сообразил, что речь идет о Наташе. — Но мы с ней в разводе.
— Не знаю, но в её телефоне ваш номер записан как муж. Ваша жена в корпусе оперативной хирургии на втором этаже. Так вы приедете?
— Да, я выезжаю!
…Я почти бегом поднялся на второй этаж.
— Доктор, что с ней случилось?
— Она сильно избита, сломана рука, ключица и несколько ребер. Да, и ее изнасиловали. Точнее скажу позже. – Доктор как-то подозрительно посмотрел на меня. – Вы вместе живете?
— Она ушла от меня еще летом и сейчас живет с другим мужчиной. – Похоже я понял, почему врач так подозрительно смотрел на меня. — Вы думаете, что это я ее избил и изнасиловал?
— Это не мое дело, строить какие-то предположения, пусть в этом разбирается полиция. — Доктор снял очки и протер их полой халата. — Её подобрала скорая, которую вызвали соседи. Она была почти голая и вся в крови. Сейчас приедет полиция, пусть она разбирается.
— Доктор, она в сознании, я могу с ней поговорить? – От волнения у меня пересохло во рту.
— Она без сознания, но все время завет какого-то Юру. Тут другой вопрос. — Доктор снова снял очки. — Ей нужна операция. Сломанное ребро пробило легкое. Операция сложная и..
Доктор на секунду замялся.
— Короче, она стоит денег.
— У нас же бесплатная медицина!
— Так-то оно так, но вы же понимаете. Лекарства. Есть разница между бюджетным вариантом и не бюджетным. Реабилитация, опять же.
— Сколько? — Мне надоело слушать словоблудие доктора.
Врач достал из кармана блокнот и написал пятизначное число.
— Это в долларах. – Пояснил он.
— Оперируйте! Деньги будут сегодня к полудню.
Врач кивнул головой
Я набрал номер сына и вкратце все рассказал, без шокирующих подробностей. Попросил его перезвонить сестре и подъехать в больницу.
Приехала полиция. Меня долго мурыжили, но в конце концов отстали, убедившись, что у меня есть надежное алиби. Портье в гостинице подтвердил, что всю ночь я провел в номере и вышел только после звонка из больницы.
Я посмотрел на часы. Половина седьмого утра. Времени особо не было.
Немного подумал и набрал номер своего редактора.
— Доброе утро. Это Загорский. Скажите, я могу получить аванс за еще не написанную книгу. У меня сейчас проблемы с …
— Юрий Иванович! – Перебил редактор. – Какая сумма Вам нужна?
Я назвал.
— Ну, это почти половина вашего гонорара. Я думаю, мы решим эту проблему. Подъезжайте к восьми часам в редакцию.
Мне стало немного легче.
В гостиницу я вернулся к половине восьмого, быстро переоделся, позвонил Жанне и отменил на сегодня все дела. Мне показалось, что она не удивилась.
В редакции решилось все быстро. Юристы составили договор и перевели мне деньги. Я немедленно позвонил в больницу и через пять минут сбросил на ее счет требуемую сумму.
Отказавшись от предложенного кофе, я поехал к Наташе.
— Ну, что я могу сказать. Операция прошла вполне успешно. Думаю, что скоро ваша жена пойдет на поправку. – Врач снова пристально посмотрел на меня. – Полиции она сказала, что упала с лестницы.
— Я могу пройти к ней?
-Да, но ненадолго. Она ещё очень слаба после наркоза.
Наташа лежала, укрытая простыней, опутанная трубками и проводами.
Когда я вошел, она перевела взгляд на меня и в глазах ее появились слезы. Она шевелила губами, пытаясь мне что-то сказать
Я погладил ее по руке.
— Не волнуйся, все будет хорошо. Русские своих не бросают!
Наташа попыталась улыбнуться уголками потрескавшихся губ….
Я практически прописался в больнице. В палате мне поставили кушетку, и я все время проводил с Наташей. Мыл ее губкой, менял белье, кормил с ложечки. Её тело было одним большим синяком. На груди, прямо возле сосков, я увидел странные ожоги. Похоже ее кто-то прижигал сигаретами.
Все это время мы почти не разговаривали. Она пыталась выйти на разговор, но я уклонялся под любым предлогом. О чем мне было с ней говорить. В свое время мы уже все сказали друг-другу!
Помогали дети. Очень часто приезжала дочь, подменяя меня и давая время немного отдохнуть. Не забывал мать и сын. Мне даже стало казаться что мы снова семья, как раньше. Но это только казалось. В одну реку не войдешь дважды!
Где-то через полтора месяца, Наташа стала понемногу ходить. Сначала по больничному коридору, а затем стала выходить в парк. А ещё через две недели Наташу выписали из больницы. Моя помощь ей больше была не нужна.
Перед уходом я передал Наташе синюю папку с документами на ее квартиру и ключи. Она не сразу поняла в чем дело и удивленно смотрела на меня.
— Я успел перекупить твою квартиру и снова оформить её на тебя!..
Она пыталась мне что -то сказать, но вместо слов разрыдалась. Не проронив больше ни слова, я повернулся и ушел. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы не обернуться. Мужчина никогда не простит предательства любимой женщины. Измена – срока давности не имеет! А я слишком сильно любил её, чтобы простить!..
Все это время меня мучил один вопрос «Что произошло на самом деле?» Наташа наотрез отказалась мне рассказать и тогда я решил действовать сам. Я посидел в ее дворе, пообщался с соседями и по кусочкам собрал картинку происшедшего.
Уже через месяц совместной жизни Наташи и ее «перспективного» художника стало ясно, что добром этот мезальянс не закончится. Пока были деньги, худо-бедно они еще уживались. Но потом начались ссоры и скандалы. Однажды Наташа застала своего любимого в компании двух нетрезвых друзей. Когда она попыталась выдворить тех из дома, ее новый муж объяснил ей ее место, сопровождая разъяснительную беседу кулаками. А потом они ее изнасиловали, по очереди и все вместе. Долго издевались, туша о ее груди горящие сигареты. Чтобы жертва не сбежала Наташу привязали к стулу. Но когда они отрубились в пьяном угаре ей удалось распутать веревки и выбраться из квартиры. Что было дальше я уже знал.
Мне стало понятно, почему ее новый муж за все это время так ни разу не пришел проведать Наташу. Что -то такое я и предполагал!
Неотвратимо приближалась зима. Её холодное дыхание ощущалось не смотрена то, что еще не кончилась осень. На смену дождю пришли заморозки. Солнечный свет стал зыбкий и неуютный. Глядя на этот свет мне хотелось, чтобы побыстрее наступила ночь.
Но и в темноте легче не становилось. Жидкий, какой-то дребезжащий свет уличных фонарей над ночной мостовой, нагонял на меня еще большую тоску и вселял в сердце безнадежность.
Опадали последние листья. Одни опускались на землю почти вертикально, другие подхватывал ветер и очень долго кружил словно в прощальном танце. И мне иногда казалось, что в этом осеннем танго кружится моя судьба…
Жизнь иногда преподносит странные сюрпризы. Как мне стало известно, один из мерзавцев, насиловавших Наташу, в скором времени покончил собой, выбросившись из окна своей собственной кухни. Полиции, как всегда, не удалось установить причину столь отчаянного поступка. Другого насильника нашли утром в петле. Ну тут все было ясно. Накануне он сильно поддал с приятелями и вот итог. Похмельный синдром! Да, судьбу и конем не объедешь!
… Была уже глубокая ночь, когда я припарковал машину за квартал от дома, где располагалась студия талантливого художника. Натянув перчатки и накинув на голову капюшон куртки, я подошел к нужному подъезду. Обычный кодовый замок со стандартным набором цифр!
Я прошел в подъезд и не спеша, поднялся на нужный этаж. На площадке было две квартиры. Залепил жвачкой глазок двери соседей и достал связку отмычек.
Помнят руки! Подобрать нужный ключ было делом одной минуты! Легонько поковырял в замочной скважине, замок тихо щелкнул и дверь отворилась. Стандартная хрущевка. Две смежных комнаты и кухня. Придумали тоже, студия! Обычная хавира! Я бесшумно прошел в комнату, где среди мольбертов и незаконченных картин на продавленном диване спал «великий живописец». В затхлом воздухе стоял отчетливый запах перегара. Богема! Промелькнула мысль — Наташка, ты что не видела к кому уходишь! Господи, женщины, неужели вас так ослепляет страсть?!
Наклонившись, потряс художника за плечо. Когда он стал подавать признаки жизни, я ударом в висок вырубил его.
Когда он очнулся, то с удивлением обнаружил себя привязанным скотчем к стулу. Сюрприз! Вы бы видели его глаза! Там было все. Но больше всего было животного страха! Я осторожно (не зверь же в конце концов!) оторвал скотч от его рта и откинул капюшон. Я хотел услыхать его голос.
-Узнал меня? – Я говорил тихо, но очень убедительно.
— Не надо, не надо! Я не хотел! Простите меня! – Он тоже «трещал» почти шёпотом, понимая, что кричать бесполезно.
Пахнуло специфическим запахом. Похоже он обделался от страха. Вот бедняга. Но это и сигнал для меня. Пора заканчивать!
Я снова залепил его рот и медленно достал из-за пазухи пистолет с глушителем, предварительно сняв его с предохранителя. Патрон уже был в патроннике и передергивать затвор не пришлось. Затем засунул его в полиэтиленовый пакет (чтобы потом не искать гильзу) и отработанным движением направил его в голову художника. Слегка потянул за спусковой крючок. ТТ дернулся, уходя немного в верх и пуля попала куда надо…
В машине я переоделся, сунул в пакет одежду, оружие и перчатки. Проезжая по набережной, остановился и вышел.
Над рекой светила луна. Серебряная дорожка лунного света протянулась по воде почти до самого берега. Я бросил в воду пакет. «Призрак» из девяностых последний раз был на тропе войны. Но прошлое все-таки нагнало меня!..

Р.S. Прошло три года.
…Моя машина мчалась по шоссе, разгоняя выпавший за ночь легкий снежок, оставляя за собой быстро затягивающийся след. Километров через пять асфальт сменился грунтовкой. Ночью прихватил небольшой морозец и колеса с хрустом ломали тонкий лед, затянувший сверкающие на неярком осеннем солнце, лужи. Чем дальше я ехал, тем уже становилась дорога. Я сбавил скорость и вскоре меня уже окружал дремучий густой лес. Так, еще примерно восемь километров, и я у цели.
Полуденное солнце было в дымке и на её фоне окружающий пейзаж был особенно резким. Листья на деревьях уже почти облетели, а те, что остались, выделялись яркими красно-желтыми пятнами на серо-зеленой стене осеннего леса.
За очередным поворотом открылось большое озеро. Дорога шла почти у самого берега и мне хорошо было видно, как по широкой акватории гуляют пенистые волны, похожие на молодых барашков.
Я опустил стекло. Легкий ветерок с озера принес с собой запах водорослей и сырости.
Дорога резко повернула налево и моим глазам предстал большой одноэтажный, сложенный из сосновых бревен, дом. Я поставил машину возле лодочного сарая — прочной постройки в «индейском» стиле с деревянным орнаментом и почерневшими от времени лосиными рогами на фронтоне. Достал из багажника объемистую сумку и поднялся на крыльцо.
Навстречу мне вышла молодая женщина, держа за руку маленького мальчика.
— Привет! Все хорошо? – Жанна поцеловала меня, заглядывая в глаза. – Мы тебя заждались!
Мальчишка обхватил меня руками за ногу.
— Папа! Ну, ты купил?
Я взял его на руки.
— Купил, малыш, она в машине! – Прижал сына к себе. – Сейчас вместе достанем…
…Ярко сияло солнце. Небо почти расчистилось, и его ослепительная голубизна резала глаза. Свежий ветер с озера играл с верхушками высоких сосен, вздымая искристые белые облачка…

Верите в историю?

Авторизация
*
*
или используйте социальную сеть:
Регистрация
*
*
*
Пароль не введен
*
Генерация пароля
Adblock
detector